ПорталО МосквеПолезные телефоныКартыРадиоБиблиотекаО проектеСправочник Москвича
 
Полезное
 

Подлинная битва за финансовые ресурсы

Организации
 
Архив
2012 2013 2014 2015 2016 2017 2018
 
Популярное
 




 

В настоящее время я веду по этим вопросам подлинную битву с Фредериком ван Зил Слаббертом, президентом «Инициативы открытого общества в Южной Африке» (OSISA). Он глубоко религиозный человек и просто не способен представить себе какие-либо поступки, лежащие вне сферы морали. Строго говоря, он считает внеморальность грехом еще худшим, чем аморальность. Вопрос заключается в том, должны ли с точки зрения морали оцениваться наши намерения или результаты наших действий. Если учитывать закон непреднамеренных последствий, придется признать, что они не тождественны. Я готов согласиться с ним в том, что моральной оценке подлежат наши намерения, поскольку мы не можем заранее знать результаты наших действий. И, тем не менее, я настаиваю на том, что не имеет смысла выносить моральные суждения о решениях, которые ни к каким последствиям не приводят, — а индивидуальные решения о капиталовложениях с социальной точки зрения именно таковы. От этих решений изменяется лишь прибыль, получаемая принимающим их индивидом, но никак не цены, господствующие на рынке. Именно это я и имею в виду, когда говорю о внеморальности рынка: анонимному его участнику нет необходимости тревожиться о социальных последствиях принимаемых им решений. Напротив, действия в сфере политики, такие, как лоббирование, голосование или даже участие в дискуссии, имеют социальные последствия. Именно поэтому нам следует проводить различие между ролями, которые мы играем как участники рынка, и ролями, которые мы играем как участники политического процесса, между созданием правил и игрой по правилам. В качестве игроков, мы должны руководствоваться стремлением к личной выгоде, в качестве творцов правил — нашими представлениями об общем благе. Если мы будем следовать этому предписанию, мы добьемся достижения и личных, и общественных интересов.

Я вывел это правило еще в то время, когда сам был анонимным участником рынка. Этот период моей карьеры финансиста продолжался до девальвации фунта стерлингов в 1992 г. включительно. Затем я снял маску и позволил говорить о себе как о человеке, который «подорвал Английский банк». С того времени я приобрел опыт совсем иного рода. Я лишился анонимности. Я стал общественной фигурой, высказывания которой могут иметь серьезные последствия. Теперь я просто не могу не выносить моральных суждений. А это делает мое участие в рыночной игре практически невозможным.

Дата: 20 апреля 2015

Категория: Разное


 
Популярные материалы

Рубрики
ПорталО МосквеПолезные телефоныКартыРадиоБиблиотекаО проектеСправочник Москвича