ПорталО МосквеПолезные телефоныКартыРадиоБиблиотекаО проектеСправочник Москвича
 
Полезное
 

Юродивый

Организации
 
Архив
2012 2013 2014 2015 2016 2017




 

 

Юродивый


(Блаженный)

- Эй, ты, красногрудый, ты как сюда попал!?

- Смотрите, он действительно весь красный!

- А может быть он болел в детстве чем-нибудь, например свинкой?

- А может быть он и сейчас еще болеет?

- Точно! Слушайте, а вдруг он заразный?

- Эй болезный, чё молчишь? Откуда ты такой взялся?

- Не знаю, я всегда таким был - сконфужено ответил я, в недоумении глядя на четырех, диковинных для меня, тюльпана, нагловато желтого цвета - Там где я рос все тюльпаны были красными, и не было никого похожего на вас.

- Слыхали, да он еще и издевается, выворачивает все так, словно это мы какие-то неудавшиеся!

- Вот уж действительно, наглая красная рожа!

- Да все очень просто! Помните, нас бабка последними в букет собирала, а так как осталось нас четверо, то одного она взяла со стороны!

- А видели тех, что с пятого инкубатора, так их по трое собирали.

- Верно, и нас надо было втроем оставить, а четвертого выкинуть.

- Чей-то ты на меня смотришь?

- Не смотрю я на тебя вовсе. Но если уж кого и выбрасывать, так это самых вялых и некрасивых!

- Это я то вялый...

И дальше пошло поехало...

Потеряв всякий интерес к моим сварливым соседям, я принялся оглядываться по сторонам. Реальность предстала предо мною стеной пыльной пластиковой бумаги, коей я был намертво прикручен к моим теперешним соседям. Упомянутая бумага, в идеале, наверное должна была отличаться некой прозрачностью, но на деле через эту бумагу, да еще и в свете вяло сочившегося откуда-то сверху лучика, можно было разглядеть лишь размытые очертания присутствия вокруг каких-то предметов. Подумав немного я пришел к выводу, что предметы вокруг были, такими же как и наш, букетами тюльпанов.

Потом помню щель наверху резко раздвинулась до пределов огромного голубого неба и солнечный свет затопил собой каждую частичку нашей мрачной темницы. Откуда-то сверху потянулись руки и, сгребя в охапку сразу все букеты вынесли нас прочь из темного царства...

Уже стало темнеть, когда наш «интернациональный» букет остался совсем один. Пробегающие мимо прохожие, иногда останавливались, брали нас в руки, вертели из стороны в сторону и, с недоумением посмотрев на меня, пожимали плечами, убегая прочь.

- Это все из-за этого юродивого. Так нас никто и не купит!

- Точно, торчим здесь уже целый день!

- А куда вы собственно говоря торопитесь?

- Ну не знаю, всех уже давно купили, а мы торчим здесь, как какие-то дефективные!

- А вы знаете, что когда нас купят, то ничего хорошего это нам не принесет. О нас будут заботиться ровно столько, сколько займет дорога домой и обряд дарения! А потом плюхнут в вазу с тухлой водой и поставят лицом к стенке - помирай Тут!

- Неужели так всегда происходит? - изумился я.

- Всегда! Это мне рассказал один старый кактус, доживающий свой век на подоконнике в «инкубаторе».

В этот момент, неровной походкой моряка, мимо проходил какой-то мужичок. Не рассчитав количество ступеней он, споткнувшись, упал прямо в объятия бабки, уткнувшись своим носом прямо в меня.

- Милочек! - запричитала бабка - Чего ж ты спотыкаешься, скотина!

- Пардонте! - промямлил мужик, и уже собрался было уходить, когда бабка вдруг окликнула его:

- Сынок, купи у меня тюльпанчики, последние остались, за червонец отдам!

Мужик глупо уставился на букет.

- Зачем они мне?

- Так ведь сегодня 8 марта, подаришь жене.

- Да? Это дело... Это надо отметить!

- Так купи букетик, смотри какой красивый! - сказала бабка, вертя букетом перед его носом так, чтобы я все время был подальше от его глаз.

Мужик достал что-то из кармана, и принялся пересчитывать бумажки.

- Давай за девять шестьсот.

- Почему это именно за девять шестьсот?

- Так как раз еще на бутылку пива хватит.

- Ну ладно уж, не век же здесь куковать!

Тут же нас подхватили грубые мужские руки, и чтобы мы не мешались расчетам, засунули нас под мышку, свернув при этом шею одному из моих соседей.

Сложно сказать куда мы пошли, т. к. дороги я не знал, да и положение «вниз головой» не располагало к осмотру окрестностей.

Возле небольшого скверика, кто-то вдруг окликнул мужика:

- Эй, Серега, какими судьбами?!

- Ё-п-р-с-т, Мишка, Гришка! Сколько лет!

- Да мы...

- Да я...

- Да...

Спустя минуту были слышны лишь скупые мужицкие лобызания и поцелуи в засос.

- Ты куда чешешь?

- Да вот иду жену поздравлять - сказав это он махнул букетом, выкинув при этом из него ранее отломанный бутон.

- Ну ты даешь! Сила! Сам догадался?!

- А я где-то слышал - сказал второй мужик, разглядывая выпавший бутон - что цветы надо дарить в нечетном количестве.

Наш мужик в недоумении уставился на букет:

- Глянь, а тут и вправду четыре! - и недолго думая, он схватил за голову одного из моих соседей и выбросил его прочь.

- Слушай, а мы, между прочим, идем к Левке Савченко.

- Да ну, он вернулся?!

- Точно, и уже опять у него всегда «своё» есть!

- Стой братцы! Я с вами!

- Само сабой!

- Вот только я жене обещал что пораньше буду, черт, из-за этого «веника» я прямо культурным стану. Слушай, а возьму-ка я да и позвоню жене - предупрежу.

Мужик, слегка покачиваясь, подошел к стоявшей рядом телефонной будке, и вписавшись в дверь всего со второго раза, принялся набирать номер. Нас же, чтобы не мешались, он опять засунул под мышку. Несколько минут я слышал из-за его спины какие-то странные звуки, мужицкое кряхтение и жалобное позвякивание телефона. Наконец последний сдался, согласившись на бесплатный звонок. Послышались в начале длинные гудки, а затем мужик заорал во все глотку:

- Ало, жена?! Это я твой муж! Что?... Как это у тебя нет мужа, а я кто же?... Что?... Ошибся номером? Ладно, кончай выдумывать! Я то про тебя не забыл. Видишь, я тебе даже цветы купил! (В подтверждение чего он постучал нашими головами по телефонному аппарату, в результате чего один из оставшихся «желтых» не выдержал и рухнул вниз в глубину манящей бездны телефонной будки) Слушай, любимая! Я тут задержусь, еще немного, праздник ведь все-таки, сама понимаешь! Ты главное, это, завтрак не забудь приготовить. Ну бывай!

Удовлетворившись, мужик повесил трубку и вышел к друзьям.

- Глянь, - сказал один из них - у тебя опять «чет»!

Мужик глянул на нас и уже чисто на автомате, схватив за голову моего соседа, дернул его со всей силы так, что вместе с ним в разные стороны полетели ошметки оберточной бумаги.

- Глянь, один остался! Ну теперь зато будет сложнее его потерять!

- Да это точно!

- Слушайте, я че подумал, ведь цветы - это та же трава. Что цветок, что петрушка - одна закуска!

- Точно, зря мы, наверное, тех выкинули, этого нам на долго не хватит.

От таких слов меня прямо передернуло, к тому же мужики направились к метро, и мой, схватив меня за стебель, принялся размахивать руками так, что у меня чуть не началась морская болезнь.

Войдя в уже полупустое ночное метро, мужики плюхнулись на седушки, положив меня рядом и принялись о чем-то напряженно спорить. Так, все продолжая спорить, они и вышли, естественно забыв меня на сидении в пустом вагоне.

А я остался лежать на холодной коричневой коже и смотрел как высоко надомною, весело резвясь, бегали, стремясь куда-то по своим течениям параллельных поручней, холодные огоньки. Совсем скоро я умру, а они все также будут бегать стремясь куда-то дальше... дальше... дальше...

Вдруг я почувствовал что над собою какаю-то тень, заслонившую от меня всю вакханалию света. Приглядевшись, я увидел, что надомной склонилась молодая девушка с серебряными глазами. Лицо ее, чуть грустное, было прекрасно красотой не броской, но для посвященных, таящей в себе все частицы счастья.

Чуть улыбнувшись, девушка взяла меня в руки так бережно и нежно, словно в этот момент я был для нее самым драгоценным на свете существом. Прижав меня к груди, она тепло закутала меня складками своего пальто.

Не смея поверить в свое счастье, я, затаив дыхание, прислушивался к биению ее сердца и редким порывам ветра, прорывавшимся ко мне под пальто, когда она еще крепче оберегала меня своими объятиями.

Прейдя домой и только скинув ботинки, девушка сразу же прошла на кухню и, налив в вазу воды, поставила меня туда, отнеся при этом в свою комнату. Я блаженствовал, впитывая в себя драгоценную воду, чуть теплую и сладковатую на вкус...

Напившись от души, я стал осматривать комнату, в которой находился. Она была небольшой, но очень уютной, и половину всего ее пространства, занимали небольшой диван да стол на котором я сейчас находился в окружении каких-то бронзовых бюстов да и лежащих стопками книг. Книги! Книги здесь были везде. Можно сказать, что они занимали оставшуюся часть всего пространства. Все стены были увешаны полками, на которых помимо книг, стояли диковинные предметы о предназначении которых можно еще будет гадать не один долгий дождливый вечер. При слабом освещении узкой полоски света, лежащей на полу возле чуть приоткрытой двери, вся комната казалась еще более уютной и таящей внутри себя какие-то светлые тайны.

Внезапно дверь распахнулась и в комнату вошла девушка, уже без пальто и с чуть влажным после умывания лицом. Подойдя к столу она встала на колени рядом со мной, улыбнулась мне, и приблизив свое лицо, вдохнула в себя мой аромат. Я весь встрепенулся, расправился и, стараясь не думать о своем потрепанном виде, подарил комнате весь спектр чудесных запахов на который я только был способен. Девушка еще раз улыбнулась и, словно в благодарность за мои старания, поцеловала меня! И тут ее глаза поплыли и устремились куда-то вверх дивными птицами.

В этот самый момент я знал, я был уверен, что буду жить вечно... в этих глазах...



PS. Конечно, сентиментально, но насколько я конечно помню что-либо про этот день, в нем вроде бы самое главное - не забыть сказать своей женщине самые что ни на есть банальные слова.



- - - Наверх - - -


Добавить комментарий

Имя

E-mail

Комментарий

Контрольный вопрос:
Сколько будет: 20+6-7




Этот и прочие литературные материалы публикуются с ведома и по согласию авторов. Не нарушайте пожалуйста авторских прав, лучше напишите автору письмо.

© Дмитрий Бродяжин
© Дмитрий Ледяев, 1999-2000
ПорталО МосквеПолезные телефоныКартыРадиоБиблиотекаО проектеСправочник Москвича