ПорталО МосквеПолезные телефоныКартыРадиоБиблиотекаО проектеСправочник Москвича
 
Полезное
 

Третий

Организации
 
Архив
2012 2013 2014 2015 2016 2017




 

 

Третий

Назад   |   Дмитрий Бродяжин   |   Вперёд

Холодный вагон метро, замедлив шаг, грузно вывалился из своей норы на освещенную утренним фонарем-солнцем улицу. Звук "из кармана" стал нестерпимо резким и рука сама потянулась приглушить громкость.

Какой странный контраст! После скрипучего и нудного подземелья с нервно мельтешащими огнями поезд словно проваливается в тишину, которая оглушает, и каждый раз, каждый день, словно застает врасплох. Всего две станции... размеренные метры плавно текущего за окном ежедневного пейзажа... Это как первый утренний глоток воды после забывчивой ночи, как зеленый оазис в череде бесконечных подземелий... Расслабление... И лишь на компакте ненавязчиво спорят о чем-то скрипка с гитарой...

Все как обычно, как тысячи раз подряд: тоже сонное утро, тот же однотипный вагон, те же декорации чуть воспрянувших от глотка свежего воздуха людей... И тем не менее сегодня что-то не так! Как будто к каждодневной порции чувств примешивается что-то еще - еле уловимое, чуть беспокойное, требующее своей логической привязки, но в тоже время "Это" растекается внутри меня таинственным теплым предчувствием чего-то необычного и обязательно прекрасного, как всосанное с молоком матери ожидание чуда...

Медленно поднимаю голову, вяло озираясь на безучастную ко всему толпу В висках гулко звенит от чего-то вчерашнего, но от чего именно - даже не хочется вспоминать... На противоположной стороне вагона, я вижу немолодую женщину с черными до безумия глазами, которые должно быть не раз горели в прошлой жизни на веселом костре. Женщина пристально смотрит на меня словно "невидящим" взглядом, но что-то в ее скованной позе выдает все то напряжение, с которым она изучает меня. Рука в кармане непроизвольно складывается в дулю, а язык, также непроизвольно и абсолютно бессмысленно, делает змеиный выпад вперед, демонстрируя всю свою длину и пошлое очарование. Женщина, не ожидавшая такого поворота событий, демонстративно отворачивается в сторону, что бы потом еще не раз из-под тешка подглядывать в мою сторону. Но мне она уже ни капельки не интересна, и я продолжаю свой поход по заспанным лицам моих попутчиков...

Стоп! Среди всей этой утренней чепухи, я вдруг вижу маленькое чудо, зажатое на сиденье между двумя здоровенными мужиками, чей смысл жизни - вечно притворяться спящим. И вот среди этой грубой мужской наивности я вижу маленькое создание - еще не женщина, но уже почти не девочка, она настолько кажется воплощением банальной чистоты и невинности, что глядя на нее просто разрываешься от того, что не можешь определиться чего же больше хочется - толи стать для нее нежным отцом, толи первым влюбленным (скорее всего грубым, но я еще пока не определился)...

Девушка, словно почувствовав мой взгляд, посмотрела на меня и тут же, смутившись, опустила глаза, чтобы потом, чуть поднабравшись храбрости, еще раз взглянуть на меня и сразу же отвернуться в сторону в поисках моего отражения среди надписей "не прислоняться", тайно радуясь тому, что на нее ОПЯТЬ обратили внимание. Но для меня она уже тоже совершенно не интересна, толи по тому, что я уже не раз играл в такие игры, или же от того, что я точно знаю что же за сердечко скрывается за такой "наивностью", а скорее всего у меня просто не то настроение...

Как все надоело! И вроде не маленький уже, должен вроде бы уже знать что чудес на свете не бывает, все будет также, как всегда, ведь Земля то вертится по одному и тому же кругу. Лучше досмотрю в окне последние метры отпущенного мне утреннего пейзажа... И тут наши глаза встретились... Не знаю почему, но в тот момент, первое о чем я подумал, была глупая такая мысль, что в жизни мы почему-то как правило забываем самые крупные неприятности или же целые года вялотекущего счастья, но каждый человек помнит до мелочей такие вот короткие и казалось бы абсолютно ничего не значащие моменты.

Ее взгляд был спокойный и уверенный, может быть чуть-чуть настороженный, но казалось что эти глаза полностью доверились мне, словно я смотрю в зеркало... И все же это был сломанный взгляд, казалось что эти глаза более чем кто-либо еще достойны того, что бы их любили и более чем кто бы то ни было еще боятся любить. Сломанная... Ну и что, что сломанная! Я ведь тоже каждое утро ломаюсь в первых лучах солнца, пыльном стакане да чьих-то глазах, но чтобы ни случилось, я каждый день играю одну и туже влюбленную в Тебя роль. Слышишь... Ты слышишь меня?!

Поезд скрипя и чертыхаясь ввалился обратно в свои подземелья, зашелестев мириадами подземных фонарей. Люди, ошалевшие было от вольного воздуха снова ушли в себя, сгорбившись и сжавшись, словно пытаясь прижать к себе частичку света. И я потерял ее из вида... Как бы я не старался разглядеть ее, я видел лишь черную массу сгорбившейся толпы. На подоспевшей станции в переполненный вагон набилось еще больше сгорбившегося народа и уже не осталось никакой надежды снова увидеть ее...

Я в нерешительности огляделся по сторонам. Женщина с черными глазами ведьмы нагло ухмыляясь смотрела на меня не отводя глаз, словно бы она могла понять все то, что только что произошло. Я ни секунды не задерживаясь отвел глаза в сторону. Какое мне было дело до этой лукавой и до той малолетки в зеркале стекла, что с упреком завернув губки смотрела на меня, как бы всем своим видом давая понять, что готова тот час же меня простить, если я немедленно исправлюсь и уделю все свое внимание только ей. Но мне было плевать на все это... И ведь что собственно говоря произошло?! Я не знаю... Не могу объяснить... Ведь ничего и не произошло! Ровным счетом - ничего. Однако почему же я так взволнован?... Я просто убит... Но даже чем не знаю.

Если все дело только в этой девушке, то может быть просто стоит растолкав эту идиотскую толпу протиснуться к ней и уверенным таким голосом сказать ей... Черт, что же я могу ей сказать... Будь это просто красивая девушка, а так... Да и не уверен я что все дело в ней! Просто... Просто это одинаковое утро, одинаковые люди, одинаковый бред навязчивого похмелья... А увидев ее я вдруг почувствовал рядом с собой другой, отличный от моего мир, мир в который я всегда боялся вступить. Так значит все дело только в этом! И все же... Почему же мне так хочется еще раз увидеть ее?... Следующая остановка моя. Но ведь на этой остановке всегда выходит почти весь вагон! Стало быть...

А к окну уже подтянулся шумный и многоликий перрон и, неотвратимо замедляя шаг, остановился напротив дверей. На мне сразу же скрестились сотни глаз - это толпа аборигенов борется за право "войти первым". Механический голос, как всегда, спутал название станции. Мои недавние попутчики сбросив с себя остатки сна, заняли исходную позицию, готовые стартовать к началу дня, превратившись в безликую массу прохожих.

Двери распахнулись, словно занавес в театре на премьере гениального спектакля. Статисты с усердием юнцов бросились рьяно исполнять свои маленькие роли и зажав, завертев, вытеснили меня из узкой клетки вагона. Перрон, разворот на 180 градусов, и вот мы уже по разную сторону стекла на расстоянии взгляда. А на компакте остервенело отстукивает хронометраж ударов "Beck", словно секунды до старта...

Как ни ожидал я этого, но когда на третьем вздохе залпом закрылись все двери в длинной кишке вагонов, я вздрогнул от неожиданности. А синий дракон, потянувшись ото сна и протяжно взвыв, набирая скорость поплелся в свою нору унося в своем чреве самое драгоценное для меня существо...

И что мне осталось?! Холодный серый гранит станции. Бутылка сухого вина, кем-то забытая вчера в моем рюкзаке. Черные ступеньки с желтой полоской тянущие меня куда-то вверх к остекленевшим от утреннего холода дверям. Холодное стекло, дотронувшись до моей ладони, распахнуло упругие двери. Закутавшись в плащ шагаю вперед и вижу стоящий передо мною смущенный город. Мой город! Город заблудившийся в собственных улицах. Как и я вечно чуточку пьяный да незаметный для серых прохожих. Здравствуй князь! Моя последняя любовь - золотые луковки. Я так счастлив снова видеть тебя, что даже готов сейчас поклясться тебе что буду писать для тебя только белые стихи. Мы сегодня будем вдвоем с тобой, хотя нет, ведь нас уже трое: я, ты, да первый в этом году весенний гром.



- - - Наверх - - -


Добавить комментарий

Имя

E-mail

Комментарий

Контрольный вопрос:
Сколько будет: 17+19-1




Этот и прочие литературные материалы публикуются с ведома и по согласию авторов. Не нарушайте пожалуйста авторских прав, лучше напишите автору письмо.

© Дмитрий Бродяжин
© Дмитрий Ледяев, 1999-2000
ПорталО МосквеПолезные телефоныКартыРадиоБиблиотекаО проектеСправочник Москвича