ПорталО МосквеПолезные телефоныКартыРадиоБиблиотекаО проектеСправочник Москвича
 
Полезное
 

Цветы нимфы

Организации
 
Архив
2012 2013 2014 2015 2016 2017




 

 

Цветы нимфы


Для F-X'a.

Януш осторожно отвел от лица ветки чахлой березы, которая все еще героически цеплялась за жизнь корнями и ветками, похожими на тонкие пальцы женщин в голодное время. Птица ухнула осипшим голосом за левым плечом, перепугав юношу до полусмерти. Словно ответом на его испуг болота рассыпали по сумеркам легкий смех. Януш судорожно сжал оберег, подаренный ему еще покойной матушкой, ею же сшитый из тонких лоскутков кожи и украшенный камешками, которые привозили торговцы с гор только в дни священных праздников.

- Сохрани от беды, - несколько раз торопливо пробормотал юноша заученные с детства слова. В голове его метались мелкие и противные мысли, голосившие и призывавшие его развернуться и бежать со всех ног обратно, в теплый и совсем не страшный дом.

- Хватит! - Януш сжал все свои страхи в кулак. - Раз сказал, что дойду - значит дойду.

Сумерки плотно окутали болота, зацепившись за торчащие то тут, то там мелкие деревца; за выглядывающие из-под влажной, нетвердой почвы остатки гати: трухлявые, полузатопленные бревна; за кое-где просвечивающие клочки бурого мха.

Такими встретили Януша болота - они тяжело дышали, под грузом земли, вздыхали, как уставший от жизни человек, и скрипуче жаловались.

- И это здесь-то я должен встретить свою судьбу? - Януш с легким недоумением вспомнил слова Ривки-гадалки о том, что ежели в третью ночь полной луны заночует он на болотах, то те мол откроют ему его судьбу.

Януш посмеялся было над словами молодой еще для своих лет вещуньи, но жажда приключений есть жажда приключений. Пока кровь горяча - что за бесы на болоте ни живут - всех выловит и по дюжине хвостами поперемеж собою свяжет!..

Осторожно, концом срезанной молодой березки проверяя нетвердую поверхность, Януш вступил во владения нечисти. С большим трудом добрался он до небольшого островка твердой земли посреди болот. Деревенские называли его «островком спасения», а дальше него уже шли совсем непроходимые топи.

На островке в десять шагов в длину и пять в ширину - в самом широком месте - Януш и остановился и, оттерев пот со лба, принялся устраиваться на ночлег, потому что сумерки уже уступили место светлой ночи: луна вычерчивала предметы, обливая их своим неживым светом...

Проснулся Януш, не сообразив времени суток. Легкий туман висел на болотах, рисуя серебристые узоры на черной ночной ткани. Черное же небо сдавило своими ладонями луну, и та светила лишь одиноким белым кругом. Было прохладно, и Януш отчетливо слышал постукивание собственных зубов. Но испугало его не это - болота молчали. Не раздавалось ни единого звука. Топи как будто умерли. Януш привстал и тревожно вгляделся в серебристую паутину тумана. Тишина давила. Он с шумом втянул в себя воздух, а затем выдохнул его - звук потонул в тишине, как упавшая веточка тонет, упав в миску с густой сметаной.

- Эй! - погромче вскрикнул Януш. Болота поглотили и это.

- Вы кого-то зовете?

Януш резко обернулся - туман все так же зыбился, принимая различные очертания,

- Кто... ты? - Януш уловил легкое движение в тумане и схватился за нож. В одном месте узор тумана сплел очертания фигуры, а уже через мгновение она шагнула из него прямо на топь.

Сперва Януш оторопел и еще крепче сжал нож, затем успокоился и ослабил хватку. Он еще никогда в жизни не встречал таких красивых девушек: в ее облике переплетались сумерки, украшенные туманом, прозрачная темнота и вся загадочность болот. Ее невесомая фигура была задрапирована в темное облегающее платье, хотя цвет его неуловимо менялся в туманной завеси. Серебристый узор из болотных растений сбегал змейкой с правого плеча и, пересекая все платье, скрывался в разрезе на левом боку. В длинные, чуть вьющиеся волосы были вплетены нити водяных цветов, венок из них же украшал голову девушки, тонкие стебельки с мелкими звездочками самих цветов задорно выбивались из венка и падали на лоб, на щеки, путались в прядях. Глаза смотрели пристально, но с тенью смеха.

- Неужто славный юноша боится меня? - перезвон голоска чуть отодвинул стену вязкой тишины.

- Кто ты? - вновь повторил Януш, - Болотный дух? Другое бесовское отродье?

- Ну почему же... - девушка явно обиделась, - я нимфа. А болотные духи, если б захотели, пришли бы к тебе раньше, а если бы разыгрались, - то искали бы тебя завтра на болоте и не нашли от тебя ни ниточки. И даже амулет твой не помог бы.

- Не помог бы? - почти возмутился Януш, - Да ты хоть знаешь - какой это оберег? Он любую нечисть отваживает!..

Юноша запнулся от ироничной улыбки незнакомки.

- Ах, ну да! - проговорила она, наконец, - я помню, что нимфы у вас нечистью считаются лишь тогда, когда на игрища выходят, а так - одни из самых мирных мертвых, считай. Как-никак - невинно-убиенные...

- Но постой, - Януш похоже совсем сбился с толку, - Но ведь нимфы - это души утонувших девушек! Они живут в реках и их окрестностях, но уж никак не на болотах! Сдается мне, что ты мне голову морочишь...

- Фи, какой привередливый! - серебристые звездочки рассыпались перезвоном, - то ему амулет - панацея от всех бед, то нимфы - не нимфы... Беда с тобой одна Ладно - я действительно не совсем обычная нимфа, но это связано лишь с местом моей смерти. Ты, наверное, прекрасно знаешь реку Угурю? - дождавшись кивка она продолжила, - Она приток большой реки, что протекает возле деревни, и именно она впадает в эти болота и питает их, вливая в него новые силы. Так случилось, что река принесла меня к болотам. Нимфой я от этого быть не перестала, но в болотах себя чувствую как дома - точь-в-точь.

- А где твой дом? - Януш и сам не заметил, как уже вовсю беседовал с очаровательной «нечистой силой». Она охотно отвечала на вопросы, сама же знала о деревне Януша и деревенской жизни почти все. Но некоторых ответов она избегала - не хотелось ей рассказывать, например, как утонула она. Сказала лишь: «Люди злы». Не желала называть имени, говорила: «Как назовешь, тем и стану...» - так и осталась Нимфой....

Тихонько подкрался рассвет, пробудилось болото, задышало глубоко, неравномерно...

- Мне пора, - сказала Нимфа.

- А... ну да, вдруг вспомнил юноша, - мне же гадалка сказала, что судьбу свою здесь встречу. Ты что ль - судьба моя?

- Может и так, - улыбнулась она, - Да что общего у живых с мертвецами - память?

- Странная ты, - Януш задумчиво теребил оберег, - Вроде и вправду мертвячка, а легко мне с тобой, как ни с кем другим. Ты себя не прячешь за гримасами да ужимками, да и меня одергиваешь... Нравится мне с тобой говорить, дочь болот.

- Дочь реки, - поправила она, - но ты не обольщайся: ни завтра, ни послезавтра на ночь не придешь ты сюда. Лишь через неделю придешь. А не придешь - так навсегда забудешь.

С тем и исчезла. Рассветные сумерки унесли ее легкой дымкой. Поднималось солнце. Пора было возвращаться.

Януш не помнил, ни как прошел болото, ни как шел через лес - он все думал о ночи, проведенной на островке, да о словах Нимфы. Еще по пути понял он, что не расскажет друзьям-подругам о Нимфе. Лишь у Ривки- ведуньи спросит, кого наворожила ему эта ведьма.

Но и Ривки не ответила - прищурилась зеленоглазой кошкой, да и сказала, что за это, мол, положена ей отдельная плата, либо пусть опять до весеннего полнолунья ждет - тогда лишь гадалки просто так людям правду говорят, да тайны открывают.

И вправду не пошел Януш в следующую ночь на болота, поспорил он с Ривки, что где бы судьба его ни была, сам он ее разыщет, да и через день не пошел тоже - смеялись его друзья над ним, говорили - Ривки поверил. На седьмой день не выдержал Януш и ушел на ночь глядя на болота. Всякой ночью видел он девичье личико перед собой, слышал голос, говоривший, что коли на исходе недели не придет, то и позабудет ее навсегда.

Болота встретили его ворчливо и недовольно. Они не очень-то жаловали гостей. Трижды выбирался он на гать прежде чем достиг островка. Ночь обволокла землю, пошедшая на убыль луна с любопытством разглядывала Януша. На этот раз он не спал. Нимфа пришла с легким ветерком прохлады, на мелодии ночных ветров. И вновь говорили она до рассвета, и вновь ушла она, предсказав лишь, что ежели пришел, то уже не раз придет снова.

Зачастил с тех пор Януш на болота. Что ни ночь - из дому вон, что ни день - сам не свой ходит. Говорили в деревне, что сглазили его, порчу на него навели, на Ривки косились, да кто ж его переубедит-то? Родители ведь умерли - парень сам себе голова. Януш же эту голову, похоже совсем потерял, да и сердце в придачу. Предлагал ей - отказывалась, говорила: «Зачем тебе мертвая, когда живую полюбишь?» Но всегда ждала его. И болота беспрепятственно коврами ложились перед Янушем.

Однажды не утерпел Януш - собрал все сбережения свои и принес их Ривки-вещунье. Та сидела в шатре своем, завешенным пестрой тканью, и играла с огнем. Увидев Януша хитро улыбнулась: «Что - пришел-таки»

- Пришел, - Януш сел у входа.

- И как - не смог убежать от судьбы?

- Не смог - Януш сверкнул глазами, - скажи - зачем ты мне такую судьбу нагадала.

- Я тут не при чем, - улыбнулась Ривки, - Судьбу свою ты сам себе выбрал. Уж больно к мертвым тебя тянет-то.

Пальцы ведуньи дотронулись до амулета на шее Януша. Долго молчал Януш. Слишком долго. Наконец, решился. Все, что принес с собой положил перед собой.

- Возьми все, только помоги.

- Мало, - покачала головой Ривки.

Еще помолчал Януш. Затем снял талисман с шеи и положил его на столик, сделанный из тройного пня.

- Ладно, - улыбнулась цыганка, - этого хватит. Помогу я тебе, как смогу. Только ты сам следи - выбор судьбы все равно в твоих руках. А пока ступай. Нечего тебе в убежище моем засиживаться.

Януш вышел вон и почти нос к носу столкнулся с девушкой. Затрепетали ресницы, вспыхнул румянец - и она уже скрылась в хижине Ривки. Януш же так и остался стоять столбом. Вечером все ходил да расспрашивал он всех - кто та девушка, с которой он повстречался. отвечали ему, что Марили - это дочь Семина-плотника и что всю жизнь Януш с ней в соседних дворах живет. А вот - впервые заметил. И впервые за много дней не пошел Януш на болота, потому как не знал - где ему Нимфу свою искать - в тумане серебристом или во дворе Марили? На следующий день решился он заговорить с дочерью плотника - да как заговорил, так и до ужина остался. Лишь после него вернулся Януш в свой забытый дом и понял, что хозяин из него никакой - паутина повсюду, грязь, сор...

И на вторую ночь не пошел на болота Януш. Шесть дней ходил Януш тенью за Марили, а она, хоть и ласково, но с достоинством держалась, говорила, коли любит - пускай по людским законам в жены берет, а не любит - со двора идет. А Януш ходил за ней, да все деву болотную вспомнила. Да как и не вспомнить, когда похожи они с Марили как две капли воды!

На седьмую ночь пошел на болота Януш дожидаться Нимфы. Она пришла с грустным дождем, серебристыми нитями рассекающим болотный ковер.

- Здравствую, Нимфа, - улыбнулся Януш, да и сам не поверил своей улыбке.

- Забыл ты Януш про свою Нимфу, - грустно покачала головой она.

- Ни капельки, - закричал Януш, и вновь вам себе не поверил, - Я был очень занят. В деревне недовольны моими отлучками по ночам. Грозились на болото прийти - посмотреть, кого я здесь прячу.

- Кто она?

Януш вздрогнул от прохлады в голосе Нимфы.

- Она - живая? Из твоего народа?

- Да о чем ты? - Януш осекся, встретившись с Нимфой глазами. Он понял, что она все знает, все видит, и испугался. Чего - не понял сам. То ли того, что бросит она его, то ли наоборот - что не отпустит обратно.

- Боишься? - Нимфа заметила страх в его глазах, - А чего бояться-то - я тебя не держу.

Янушу стало не по себе от ее голоса. От него веяло чем-то более страшным, нежели болота или заклинания Ривки. Холодная капля упала ему на щеку, пробуравила влажную дорожку к подбородку, упала.

- А... дай-ка догадаюсь я - ты боишься, что та, твоя, тебя не любит. Или любит не так, как я. Ведь кто любит живого больше, чем мертвячка, - Нимфа обошла его медленно по кругу, затем сняла с головы венок - звездочки заколыхались в ее почти прозрачных пальцах, - Возьми. Это лучше любого приворотного зелья. Наденешь его на избранницу - и она навеки твоя.

Януш растерянно смотрел на Нимфу.

- Ну - чего робеешь? Бери! Я ведь в счастье тебя не неволю.

Януш неуверенно протянул реку.

- Не тронь! - Нимфа отдернула венок, - стоит ей хоть раз прикоснуться к нему - и она умрет.

Януш отпрянул от Нимфы.

- Да, - улыбнулась она, - Я люблю тебя слишком сильно, чтобы кому-то отдать. Но я люблю тебя еще сильнее - и потому отпущу. Уходи. Подумай, кто тебе более люб. А через трижды два дня приходи с ответом. Меня выберешь - один путь. Ее - что ж, для тебя ничего не жалко. Такую травку обручальную подберу, что век ссор-споров знать не будете.

И отпустила с этими словами мертвячка Януша. Вернулся тот в деревню и трижды два дня думал, да в итоге победила в нем жажда жизни да прекрасные глаза Марили. На последний день пришел он к ней, да у нее просил ее руки. И дала она согласие, но с оговором, что попросит он ее руки у ее отца. Януш же отсрочки попросил, сказал, что расплатиться со всеми долгами надо, а долги его - в болотах остались. Отговаривала его Марили, да не отговорила.

Пошел на болота Януш. Грустная встретила его Нимфа. Серебристые слезы блестели на ресницах.

- Слово свое сдержу. Отпущу, раз обещала. Да и насчет травы не совру - травы моего венка самые крепкие обручальные. Ищи травы моего венка и откроют они тебе твою судьбу.

Поблагодарил Януш Нимфу, странную мертвую девушку, пришедшую из ниоткуда и любившую его и «Прощай» сказала ему Нимфа: «Лишь раз увидишь ты меня теперь, а более не разу». И вернулся в деревню Януш. Не успел до деревни дойти - зеленые глаза из темноты сверкнули - Ривки его подкараулила.

- Беда, Януш, пробормотала она, - Люди твоей деревни невзлюбили мое ведовство, да и решили шатер мой подпались. Да только меня там не было. Но пришла ко мне вечером Марили, ведь на сердце у нее было неспокойно...

- Что с ней? - Януш бешено схватил Ривки за ворот широкой цыганской блузы, - говори!

- В сторону реки побежала она. А они - за ней с факелами бросились, - прохрипела ворожея.

В гневе отбросил Януш от себя женщину. Побежал не глядя, ломая ветки, по лесу в сторону реки. Наполнилось сердце его недобрым предчувствием. На берегу нашел он бродящих бесцельно людей, светивших факелами над водой.

- Где она?! - закричал Януш не своим голосом.

- В воду бросилась, как зверь дикий, - отвечал один из угрюмых бородатых людей, чье лицо было покрыто сажей и копотью, - искать бесполезно. Омут тут - затягивает. Теперь если выплывет - то только ниже по течению - на Угуре.

Страшное понимание сковало Януша. Отвернувшись от людей, пошел он, не разбирая пути, вниз, вдоль реки, звенящей, как ее голос... Ни лес, ни река больше не препятствовали ему, сами открывали путь, вели. Там, где река загибается и течет вкруг за холм и далее, и появилась речка Угуря - маленькая, поросшая травой, - а дальше - так и вовсе заболоченная. В колыбели из трав отыскал он свою нареченную. Вода забрала ее краски, и почти прозрачной казалась она на фоне темной воды. Неподвижные глаза смотрели с укором. Травы сплелись в венок вокруг головы, маленькие звездочки падали на лоб.

- Так вот откуда ты взялась, загадочная болотная Нимфа... Призрак той, которую мне лишь предстояло полюбить... Ты слишком хотела жить и слишком хорошо знала свою судьбу...

Побелевшими пальцами Януш снял с головы Марили венок...

Ривки уже собрала свои нехитрые пожитки, оставшиеся после сожжения ее шатра и неторопливо направлялась вон из деревни. Ни людского гнева, ни скорой погони она не боялась. Люди нашли тело Марили и поняли, кого они по ошибке затравили, как зверя. Ривки же осталась ни при чем - люди винили себя и собственную глупость.

Неожиданно темная фигура возникла на ее пути. Цыганка едва узнала в ней Януша. Мокрого, со взлохмаченными волосами и порванной одеждой. Но не это удивило Ривки в нем: глаза Януша были пустыми. Серебристые дорожки слез расчертили узорами его грязное лицо. На шее висел венок. Влажные переплетенные стебельки пересыпанные белыми маленькими цветами разорванными нитями падали на рубашку, путаясь с кисточками вышивки.

- Что это? - пробормотала Ривки, - «Я буду ждать» - вот значение цветка.

Ведунья потеребила цветы кончиками пальцев.

- Кажется я понимаю... В тот вечер, когда я наворожила тебе твою судьбу - я вплела этот цветок в узор, да совсем забыла, что он же - цветок утопленниц. Ну что ж, прощай Януш... Когда-нибудь, ты обязательно встретишься со своей судьбой...

Ривки ушла по запыленным дорогам, и неизвестно, куда привела ее в дальнейшем ее собственная цыганская судьба. Януш стал все чаще пропадать на болотах с тех пор, да как-то раз так и пропал. А через много лет, ссылаясь на какие-то странные легенды, водяной цветок с нежный названием «Я жду тебя» стали называть «цветком нимфы».



- - - Наверх - - -


Добавить комментарий

Имя

E-mail

Комментарий

Контрольный вопрос:
Сколько будет: 15+6-2




Этот и прочие литературные материалы публикуются с ведома и по согласию авторов. Не нарушайте пожалуйста авторских прав, лучше напишите автору письмо.

© Надежда Дружинина
© Дмитрий Ледяев, 1999-2000
ПорталО МосквеПолезные телефоныКартыРадиоБиблиотекаО проектеСправочник Москвича